06.03.2013

ЧЬЯ ПОБЕДА?

Лев Прозоров (Озар Ворон),
русский писатель (историк, канд. ист. наук)
Если история будет сообразовываться с
выгодами народного честолюбия,
она станет скучным романом
и утратит свое главное
достоинство – истину.
Н.М. Карамзин



Такой простой вопрос – чью победу мы празднуем каждый год 9 мая, чью и над кем? Нам говорят – победили мы, русские. Точнее, как выражались недавно, победил «советский народ». Сейчас, правда, говорят про «Россию» и «россиян». Но это уж совсем бред – во время второй мировой войны «Российская армия» находилась в рядах сторонников Третьего рейха, сражалась под командованием генерала Власова, и, кстати, под тем самым знаменем, которое сейчас гордо реет над московским кремлем. А лозунг «слава России», коим ВВП отметился на праздновании очередного «дня Победы» год назад, был официальными приветствием «всероссийской фашистской партии» Родзаевского. Такое вот странное положение – стоит под «власовским» флагом, и фашистским приветствием поздравляет нас с «днем победы над фашизмом». Потому что ведь всячески подчеркивается – мы в ту войну воевали с «фашистами». В школе нам твердили – «мы воевали не с немцами, мы воевали с фашистами». Врали, конечно – Симонов писал не «убей фашиста», а «убей немца», «сломить гордость немецкого народа» призывал Илья Эренбург, ободряя красноармейцев: «Убивайте, убивайте! Среди немцев нет невиновных, ни среди тех, кто жив, ни среди тех, кто еще не родился!». Распоясался классик советской литературы так, что сам Сталин вынужден был на него прицыкнуть. Впрочем, зря стеснялся «отец народов», с той стороны Атлантики неслись ничуть не менее откровенные изречения – тот же Хэмингуей со своей «светлой» идеей о «поголовной стерилизации всех немцев» выглядел почти гуманистом. Но нам сейчас важно не это. Важно то, что нам и тогда, и сейчас продолжали вдалбливать одно и то же – «мы воевали с фашизмом», «наша страна победила фашизм», «фашисты напали на нашу страну» и так далее. Сейчас не хочу объяснять, в чем разница между фашизмом и национал-социализмом, который называют «фашизмом» совки. Все в совке живем, советский язык отлично понимаем. И девятого мая по всей стране включают «минуту молчания» в память… нет-нет, не русских воинов, защищавших родную землю, не мирных жителей, погибших в годину вражьего нашествия – «жертв фашизма»!

К этой интересной теме мы еще вернемся. Пока запомним – победили не Германию, не немцев, а именно «фашизм». Логично бы было, если и противопоставлялся «фашизму» не народ, а режим или идеология. А то фраза «русские победили фашизм» – это что-то из разряда «летели два крокодила, один зеленый, а другой на север».

Действительно, кто победил? Известно, например, что в войне с норманнами за юг Италии и Сицилию в конце 11, начале 12 века византийская империя победила силами присланных православными князьями в порядке «братской интернациональной помощи» русских дружин. Это была победа русских? Нет. Это была победа Византии, хотя добыта она была кровью и ратным героизмом русских воинов, которые, пока половцы жгли села и города на их родной земле и уводили огромные полоны, резались в далекой Сицилии с такими же, как они, светловолосыми и светлоглазыми пришельцами с Севера. Руси эта война не принесла ничего, кроме ослабления, а враждебная славянам Византия усилилась. На отвоеванных русской кровью землях «благодарная» Византия возвела соборы, на фресках которых мужчины и женщины «народа Росс» барахтаются в «озере огненном и серном» у ног Сатаны. В 13 веке аланы восстали против Золотой Орды. Александр Ярославич, верный вассал великого «царя» Батыя, послал на подавление бунта русские полки. И русские витязи бились со светловолосыми и светлоглазыми аланами, такими же православными христианами, укрепляя власть азиатских оккупантов, которые не так давно вырезали до последнего жителей захваченных русских городов, власть, обложившую их родную землю тяжкой и позорной данью. Отмечу, что в обоих случаях русские воины победили тех, с кем сражались. Однако их победа была одержана под чужими знаменами и в чужих интересах, она усилила другие народы, которые за счет русской крови получили выгоду. В первом случае, напомню, это ненавидевшие славян византийцы, во втором – оккупировавшие Русь завоеватели-азиаты. Русские в обоих случаях, потеряв много жизней и сил, ничего не приобрели для Руси, зато усилили ее врагов.

Можно это считать победой?

Если ваш ответ – ДА, на этом можете перестать читать эту статью.

Итак, русские во время войны 1941-1945 года воевали за страну под названием «Советский союз». Была ли эта страна русской страной? Да, немалую часть в ней составляли русские люди. Так же, как, скажем, в 9 веке большинство населения Хазарии составляли покоренные славянские племена, а в Речи Посполитой 17 века – православные восточные славяне. Был ли Хазарский каганат славянской страной, а Речь Посполита – государством украинцев? Очевидно, нет. Потому что власть была в руках кровно и культурно чуждых им людей, и для славян Хазарии и украинцев Речи Посполитой путь в элиту был один – отказаться от родной культуры, по сути, от нации – да и то в обоих случаях на них все же смотрели свысока прирожденные представители этой элиты.

Вспомним, что представлял из себя в этом смысле Советский союз. Я не буду пересказывать набившие оскомину списки представителей Совнаркомов и наркоматов, каждый знакомый с темой человек прекрасно знает, что там можно увидеть. Достаточно вспомнить фильмы той поры – «важнейшее из искусств» очень о многом может рассказать. Скажем – «Свинарка и пастух». Напомнить, о чем? Круглолицая, румяная, светловолосая, то ли маша, то ли глаша из рязанского свиноводческого колхоза, бортанув русского дурака-ваньку с гармошкой и светлым чубом из-под картуза, выскакивает замуж за крррасавца мушшыну, настаяшшего джыгыта с гор (которого, кстати, играет еврей Зельдин). Такого откровенного призыва русским девкам ложиться под гостей с Кавказа даже в нынешней эрэфии не снимали. А «Цирк»? кульминационную сценку, этот «момент истины», когда белый гад под развеселый хохот толпы совков пытается опозорить актрису-американку сообщением, что она родила от негра, помните? И триумфальную реплику усача, самодовольно поощряющего: «рожайте хоть черненьких, хоть беленьких, хоть зелененьких в крапинку!». Вы готовы повторить эти слова своей сестре, своей дочери, своей подруге, товарищи ностальгирующие по совку и могучему «красному императору»?

Многие русские националисты всерьез приняли вопли еврейской совинтеллигенции про «сталинский антисемитизм», и возвели невесть с какого перепугу горца Джугашвили чуть ли не в русского вождя, подло убитого-де не то «сионистом» Берией, не то «американским шпионом» Хрущевым. Эти наивные люди не знакомы с психологией евреев. Не так давно я ознакомился с дивным ее примером – один товарищ известной национальности с Украины жаловался на научного руководителя – «он был страшный антисемит! Но так хорошо скрывал это, что даже выдвинул меня на международную научную премию. Ну страшный антисемит!». Действительно, в 1939 году, по сообщению сборника «Еврейский мир», в Москве действовало три синагоги, сохранилось особое кладбище, и религиозное училище, а Моссовет занимался… выпечкой мацы. Надо напомнить, что за отмечание Пасхи с куличами или Масленицы с блинами даже в частных, домашних условиях, можно было в те годы схлопотать очень и очень серьезные неприятности. А тут государственная организация, Моссовет, занимается выпечкой мацы. В том же сборнике, за тот же 1939 год некто С. Познер (уж не родственничек ли небезызвестного Л. Познера?) с удовлетворением сообщал: «На 8 всероссийском съезде советов Молотов (муж еврейки – примеч. Smelding) говорил о наличии в стране… антисемитских чувств, но от имени правительства он грозил за проявление их смертной казнью».

Вот так, товарищи советские патриоты. СМЕРТНАЯ КАЗНЬ ЗА ПРОЯВЛЕНИЕ АНТИСЕМИТСКИХ ЧУВСТВ. Не арест, не штраф, не тюрьма, не каторга, наконец – СМЕРТНАЯ КАЗНЬ. Не за насилие, не за действия или призыв к оным – за ПРОЯВЛЕНИЕ ЧУВСТВ. Если бы «фашисты»-немцы так карали за «проявления антинемецких чувств» – Белоруссия и Украина опустели бы. Надеюсь, всем известно, как называется, когда за «проявление чувств» в отношении представителей одной нации представителям других грозит смертная казнь?

Это все, напоминаю, происходит в 1939 году, за три года до войны и через два – после «ужасного тридцать седьмого». До того антисемитами были сталинские «тонкошеие вожди», что пекли мацу и обещали расстрелять каждого, кто хоть как-то покажет нелюбовь к кем-то избранному племени. Ну просто страшные антисемиты!

Сталин не был антисемитом или «антисионистом». Не был и русским националистом, естественно. Он просто боролся за власть. И не его вина, равно как и не его заслуга, что на его пути к власти в Советском союзе никто, кроме евреев, не стоял. С тем же успехом его можно назвать антикоммунистом – потому, что убитые им в борьбе за власть поголовно были коммунистами.

Но вот – 1941 год. Началась война. Немцы наступают. Из городов, к которым подходит победоносный вермахт, спешно вывозят заводы, ценности и… евреев.

Вот воспоминания современника, участника войны, И. Галенко:
«Как железнодорожнику, вначале имевшему «броню», мне много пришлось поездить и увидеть, как «они» себя вели во время войны.

Молодые, откормленные, с такими же женами, многочисленными чадами и еще более многочисленными шикарными чемоданами и грудой другого багажа – двинулись «они» на Восток. В поездах, в легковых и грузовых машинах… а навстречу им идут пешком колонны мобилизованных колхозников или тянутся красные товарные вагоны, как сельди набитые «защитниками Социалистического Отечества». Исподлобья, недобрым взглядом провожают они поезда и колонны машин с «эвакуирющимися». А в поездах этих и машинах почти исключительно «они»…

Эвакуировались, конечно, и наши. Но другими способами – больше пешком или на «конячках»…

Помню, в начале сентября попал я на Кубань, в одну станицу, где в колхозе имел дальнего родственника. День был рабочий. Колхозники в поле. Разыскивая дом своего родственника, прошел через базарную площадь. Народу полно. Торговля идет бойко, платят, что запросят… и все «они». С женами, авоськами и свертками. «Что это у вас? Базарный день?» - спросил я у какой-то старушки. «Лучше, чем базарный! Наехали «они». Все покупают, грошей не считают. Беженцы из Киева» – пояснила старушка.

Разыскавши нужный мне дом, я думал, что попал в парикмахерскую: пахнет разными духами и одеколонами… древний дед объяснил мне, что все на работе, а в доме живут «якись биженци з Киева». Девять человек: трое мужчин, четыре женщины и двое подростков. По целым дням едят и спят, а вечером идут в кино и гулять. «Хотел бы я хоть один день в жизни пожить, как эти беженцы» - меланхолически сказал дед.

В это время, шумно и весело вышли «беженцы», волоча огромный ковер, который они разостлали под большой грушей невдалеке от дома и расположились ставить самовар. Посмотрел – все «они»».

Ах, это выдумки злого хохла-антисемита? Только вот и моя матушка вспоминает примерно то же о жизни «несчастных беженцев» в нищем Прикамье военных времен. На столе у них стояло вишневое варенье (в деревне не знали, что такое сахар), дочка Фира, одноклассница матери, каталась на фабричных лыжах, ходила в школу с полным набором ручек и карандашей, а одноклассники писали на листках бумаги огрызками служебных карандашиков. Семья из безмужней матери и ее дочки снимала квартиру. Семья моего деда, фронтового офицера Советской армии, с пятью детьми, обреталась в одной комнатушке барака.

А вот вам еще несколько свидетельств – Луис Левин, президент Американского Еврейского Совета по помощи России заявил 30 октября 1946 года в Чикаго, что «в начале войны евреи были одними из первых, кого эвакуировали из западных областей, находившихся под угрозой оккупации. Два миллиона евреев были таким образом спасены». Эта цифра подтверждается еврейским журналистом Давидом Бергельсоном, писавшим в 1942 году в московской газете Ainkeit: «благодаря эвакуации, большинство евреев Украины, Белоруссии, Литвы и Польши были спасены». Евгений М. Кулишер в бюллетене «Хайаса» в 1946 году: «Советские власти принимали специальные меры для эвакуации еврейского населения или для облегчения его стихийного бегства… всем евреям отдавалось преимущество при эвакуации… Советские власти предоставили тысячи поездов для эвакуации евреев». Он же, в книге о миграциях еврейского населения, выпущенной в 1948 году Колумбийским университетом: «Из городских центров были вывезены фабрики, вместе с обученными и другими рабочими. Кроме того были эвакуированы государственные служащие и широкие массы евреев». Бывший партизан Моше Каганович выпустил две книги воспоминаний, в 1948 году в Италии и в 1956 году – в Аргентине, в которых категорически утверждает, что по предписанию властей для эвакуации евреев предоставлялись все имеющиеся транспортные средства, а также что было приказано евреев эвакуировать в ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ.

Корреспондент нью-йоркской еврейской газеты Б.Ц. Гольдберг побывал зимой 46-47 годов в СССР, в частности, в Киеве, и опросил многих соплеменников, в том числе киевского раввина Шехтмана, собирая материал для статьи «Как во время войны эвакуировали евреев в Советской России». Опрашивал евреев и славян, военных и штатских, коммунистов и беспартийных, эвакуированных и переживших оккупацию. Вывод: «политика власти состояла в том, чтобы предоставить преимущества при эвакуации евреям».

Ни детдома, ни больницы, ни музеи в списки первоочередной эвакуации не попали. Кто-то выбирался, как мог, из-под траков наступающего вермахта, из-под бомб. А кто-то не смог. Национальность подкачала.

А. Дикий, рассказывая об этом, признает, что не все славяне были довольны тем, что, бросая тысячи славян в мясорубку Западного фронта, оставляя их семьи под бомбами, под угрозой оккупации, «Советская власть» спасала свой любимый народ. «Можно было из толпы «граждан второго класса», то есть неевреев, слышать слова негодования и угрозы. Но представители правящего класса, которые распоряжались эвакуацией, делали вид, что ничего не слышат или пытались ласковыми уговорами успокоить протестующих».

Ой ли? Ласковыми уговорами? Это в военное время – за проявление тех самых чувств, за которые еще в мирном 39 советская власть грозила расстрелом?

Кто читал покойного В.Н. Емельянова, тот должен помнить, свидетелем какой сцены он стал в детстве, в военной Москве зимой 41. а для тех, кто не знает – расскажем. Отряд рабочих-дружинников, добровольно помогавший «органам» в охране правопорядка в военной столице, задержал еврейское семейство, на нескольких грузовиках покидавшее столицу. Москва еще не была объявлена к эвакуации, документов на разрешении выехать из города евреи не имели, равно как и документов, удостоверяющих их права собственности на вывозимые ценности. Казалось бы, все кристально ясно. Саботаж, дезертирство, мародерство. За каждое из этих деяний в отдельности, не говоря про совокупность, рабочие не то что имели право – обязаны были препроводить все семейство к ближайшей стеночке. Однако… ведь «свои», «советские» люди! Это русского, кричащего, что власть большевиков вот-вот кончится, рабочие бы расстреляли без рассуждений. А тут… кто-то из несчастных совков озарился «светлой» идеей – позвонить в НКВД, мол, там разберутся.

Позвонили.
И те действительно разобрались. Не прошло и минуты, как подлетели на машине сталинские соколы в фуражках с малиновыми околышами. Обезоружили рабочих. Уложили их лицами вниз на пригорочек. И хладнокровно прострелили затылки. После чего откозыряли евреям, и они разъехались – палачи – на Лубянку, в здание, от которого иных беспамятных потомков их жертв прет не по-детски, а ХОЗЯЕВА – куда и ехали. «Бедовать» с вареньем и лыжами в голодные деревни Приуралья или какого другого глубокого тыла. А несчастные несообразительные рабы остались остывать на пригорке.

Таковы уж были порядки страны, которую наши деды защищали – и защитили – ценою двадцати миллионов жизней. Любопытно, кстати, включили ли в эти двадцать миллионов тех пятерых рабочих – и других, имевших неосторожность открыто «проявить чувства», караемые в стране советов смертью?

Памяти пятерых расстрелянных рабочих Валерий Николаевич посвятил книгу «Десионизация».

Разумеется, не все евреи эвакуировались. Некоторые защищали свою советскую родину. Еще бы не защищать страну, где твоя здоровая и способная ходить самостоятельно родня со всеми вещами вывозится на поездах и авто за государственный счет из города, к которому подходит враг, в первую очередь, раньше музеев, детдомов и больниц! Еще б не защищать страну, в которой поднявшему на тебя голос – не руку! – рабу лепят пулю в затылок! Не было тогда другой такой страны на свете! Как там в том же «Цирке» – «Я другой такой страны не знаю». Святая правда, кстати.

Вот только некоторые – причем заметное количество – «защищало» родину в особых условиях. Слово тому же Галенко: «Санчасть, снабженцы, политруки – все больше «они». А там, где «стреляют», там их – ни-ни».

Опять – антисемит? А вот Р. Абрамович в выходившем в Штатах «Социалистическом вестнике» рассказывает историю: 1944 год. Киев. На базаре встречается офицер-украинец, фронтовик в отпуску, с офицером-евреем, которого, судя по реакции, хорошо знал. Увидев на груди «сослуживца» боевые награды, фронтовик, со словами «Где ты их достал? Купил на базаре?», попытался их сорвать. Еврей… нет-нет, не кликнул милицию, он попросту достал пистолет, и средь бела дня, посреди советского города, застрелил фронтовика-славянина. После чего спокойно пошел в милицию и рассказал о происшедшем. Там его, бедного, к безмерному его изумлению, арестовали. Как оказалось, этим его просто спасли. Когда свидетели убийства пришли в себя, рыночная толпа вломилась в дом еврея, к которому не успели выслать милицию, и поступила с его семьею… нехорошо. Абрамович, конечно, не заостряет на этом внимание – но оказывается, что дом убийцы был хорошо известен киевлянам. А их реакция заставляет задуматься о том, ЧЕМ прославился еврей-офицер. Заметим, нет и речи о том, что еврея наказали, а убийцы его родни остались безнаказанны. Об этом Абрамович, конечно же, сказал бы особо. Нет! Весь «антисемитизм» состоит в том, что убийцу-еврея – какое беззаконие! – арестовали. А советские руководители Киева во главе с Никитой Сергеевичем Хрущевым, мракобесы эдакие, аж посмели прийти на похороны убитого евреем украинца, их фронтового соратника. Впрочем, очень сомневаюсь, что убийцу-еврея как-то сурово наказали, а даже если его участь и оказалась одинаковой с убийцами-украинцами, то надо помнить, что работой «истребительно-трудовых лагерей» в то время ведали советские генералы (не фронтовики) Нафталий Аронович Френкель и Яков Данилович Раппопорт. Как думаете, кому пришлось тяжелее в их власти – еврею, средь бела дня убившему фронтового офицера, или славянам, поднявшим руку на ХОЗЯЕВ?

Хватит, я думаю, для обозначения контуров той «свободы», «русской страны», «советской родины», которую русские солдаты защищали и защитили своими жизнями.

Теперь давайте определим, кто и что получил в результате «великой победы». Итоги войне подвел знаменитый Нюрнбергский процесс. «А судьи кто»? русские, умиравшие в голодном Ленинграде, погибавшие в аду Сталинграда и Курской дуги? Украинцы, которых угоняли в Германию поездами? Белорусы, чьи деревни жгли зондер-команды? Поляки? Чехи?

Какое там…
Американский военный судья Венерстурм подал в отставку и улетел в США, оставив заявление для прессы, в котором, помимо прочего говорилось следующее: «Члены прокуратуры, вместо того, чтобы сформулировать и попытаться применить юридические нормы ведения процесса, занимались в основном преследованием личных амбиций и мщением… Девяносто процентов администрации Нюрнбергского трибунала состоит из людей с предвзятым мнением, которые по политическим или расовым причинам поддерживали обвиняющую сторону… Если бы я знал заранее, что будет происходить в Нюрнберге, я бы никогда туда не поехал». Другой американский юрист, участвовавший в процессе, отмечает, что 60 % персонала прокуратуры были немецкие евреи, которые выехали из Германии после принятия расовых законов. Таковыми, в частности, были глава прокуратуры (!) Р.М. Кемпнер, еврей, эмигрант из Германии, и его помощник Моррис Амхаан. Евреями было и большинство свидетелей. Американский сенатор Джозеф Маккарти засвидетельствовал систематическое применение этими судьями жесточайших телесных пыток, под которыми и рождались «признания» и «показания», до сих пор входящих в «золотой фонд» «антифашистов». А «свидетели» вроде Б. Каутского, О. Лендель или Райтлингера соревновались друг с другом в новых и новых сказаниях об ужасах Освенцима, где, мол, уничтожали по шесть тысяч людей в день! Нет, двадцать четыре тысячи! Нет, еще больше! Мыло из человеческого жира! Абажуры из кожи!

Надо ли говорить, что наиболее обсуждаемой темой был «геноцид евреев»?

В Нюрнберге побежденных судили евреи на основании еврейских показаний, за «преступления» против евреев. И, как апофеоз, казнили приговоренных в день религиозного праздника иудеев Пурим. Так кто в этой войне победил?

Дату взятия Берлина определил своим распоряжением Л. Мехлис. Кстати, кто подзабыл – водружали флаг с пятиконечной звездой, «щитом Соломона», над рейхстагом СЕРЖАНТ-КАВКАЗЕЦ Кантария и РЯДОВОЙ-РУССКИЙ Егоров. Все «на своих местах» по советскому ранжиру – еврей наверху, кавказец в середине, и русский внизу. По возвращению в Москву советские солдаты бросали знамена с древним символам свастики к подножию отнюдь не Василия Блаженного, и не памятника Минину и Пожарскому – упаси «б-г»! ведь эдак ненароком можно напомнить, что в Кремле, как и в дни Минина и Пожарского, опять засели нерусские оккупанты! Нет, знамена с древним символом белых людей, в том числе славян и русов, полетели к подножию гробницы Ленина-Бланка, ближневосточной пирамиды!

Символ на символе, блин!

Евреи получили также после – и в результате – войны свое национальное государство Израиль. СССР активно участвовал в его создании, представитель Союза голосовал в ООН за создание Израиля и за принятие его в Организацию Объединенных Наций. Ему, Израилю, до сих пор платит дань Германия, причем иногда эта дань составляла половину госбюджета данной страны, в войне не участвовавшей.

Русские не имеют своего национального государства до сих пор. Согласно конституции, субъектом Российской государственности является «многонациональный российский народ». Русский национализм – едва ли не единственный национализм, преследуемый в России. После окончания войны Россия не получала от Германии ничего, более того, Германия всерьез заводит речь о «реституциях».

Кроме национального государства, евреи получили – тоже в результате Второй мировой и 9 мая – великолепную дубинку, которой можно лупцевать по башке любое проявление так называемого «фашизма». Любое обсуждение – не говоря про осуждение – еврея неевреем, любое проявление интереса нееврея к расовому вопросу и истокам нации вызывает страшный вопль: «Фашизм! Холокост! Гитлеровцы! Освенцим! Мыло из человеческого жира! Абажуры из человеческой кожи! Под суууд!». По сути, с 9 мая 1945 года любое проявление национализма белых людей поставлено вне закона. Впрочем, какого черта миндальничать! Братство белых, конечно, славная вещь, да только своя рубашка всяко ближе к телу. Именно русских бьют чаще всего по голове дубинкой под названием «9 мая»! у французов, бельгийцев, австрияков националистические партии официально зарегистрированы, сидят в парламентах, занимая, зачастую, невзирая на всю европейскую политкорректность, второе, а то, как в Австрии, и первое место. Блин, в Германии – в «проигравшей войну» Германии! – 9 мая 2005 года зарегистрированные в масштабе страны национал-демократы прошли по Берлину маршем под охраной полиции. А когда 4 ноября 2005 года русские националисты осмелились выйти на улицы – под чингисхановскими знаменами евразийцев, причем на митинге слово дали чухонцу Холмогорову, да татарину Зарифуллину, а представителей крохотных русских организаций до трибуны не допустили, «пГоГессивная общественность» чуть на кал не изошла. Причем вопили, в основном… правильно, «В нашей стране, стране победившей фашизм!..». Свастика, ставшая русским государственным символом в 1917 году и века до того украшавшая русские вышивки, здания и утварь, у нас вне закона. Национальный вопрос у нас вне закона. Право национального большинства на самозащиту от этномафий пришельцев у нас вне закона. Потому что – 9 мая. Потому что мы, бля, «победили фашизм». В «фашистской» Латвии, проводящей парады СС-овцев и не желающей праздновать 9 мая, русская партия есть. В «свободной России» – нету.

А можно я не буду ничего говорить о жалкой, в основном, участи ветеранов-«победителей», которую только ленивый еще не сравнил с сытым и почтенным житьем их «побежденных» противников? О тех, кто продавал не так давно фронтовые медали и ордена, чтобы выжить? О своем деде, которого, подполковника «великой отечественной» ограбили в 50-е годы татары, а их соплеменники-менты ничего «не нашли» и участливо посоветовали избитому и ограбленному фронтовику не соваться, не будучи татарином, в татарские деревни? О том, как он умирал на зассаной казенной простыне в нищей советской больнице от рака легких?

Подобьем бабки. В результате Второй мировой войны евреи получили национальное государство, дань от побежденных немцев и полный карт-бланш на любые действия, ибо любое осуждение евреев, повторяю, «фашизм». Побежденных судили евреи, за преступление против евреев, и казнили их в еврейский национальный праздник. Срок взятия столицы побежденной Германии определил еврей. Во время этой войны евреев эвакуировали первыми, а любое проявление недовольства их льготным положением могло быть наказано, и действительно каралось смертью. Страна, которая победила в этой войне фашистскую Германию, грозила смертной казнью любому «проявлению антисемитских чувств». И до, и после, и во время войны евреи составляли непропорционально большую долю элиты страны-победительницы, хотя доля их участия в боевых действиях не слишком заметна.

Германия оправилась от поражения, создала единое государство, несмотря на зашуганность немцев «денацификацией», в ней существует на общегосударственном уровне национальная партия, права членов которых на публичное выражение своих взглядов уважаются и охраняются государством.

Русские потеряли двадцать миллионов жизней, защищая государство, в котором они были и остаются гражданами второго сорта, являясь большинством населения. Едва ли не единственной благодарностью большевиков был… тост Сталина, который все так же умиляет наших патриотов. ТОСТ – в благодарность за ДВАДЦАТЬ МИЛЛИОНОВ ЖИЗНЕЙ. Чуть-чуть маловато, не так ли? Ведь правитель не тамада. От генсека всемогущей компартии мы были бы вправе ожидать чего-то большего, чем удачный тост. Вот если бы он закрепил, скажем, роль русского народа в Советском союзе, как государствообразующего, законодательно, если бы принял законы, наказывающие за русофобию, как существовали законы, карающие за антисемитизм – вот тогда было бы хоть что-то, похожее на улучшение положения русских в стране, а не мимолетной благодарности диктатора.

Хотя тост, на самом деле, очень интересный. Стоит привести выдержку из него:“…Иной народ мог бы сказать правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германией и обеспечит нам покой. Но русский народ не пошел на это, ибо он верил в правильность политики своего правительства и пошел на жертвы, чтобы обеспечить разгром Германии. И это доверие русского народа советскому правительству оказалось той решающей силой, которая обеспечила историческую победу над врагом человечества, — над фашизмом. Спасибо ему, русскому народу, за это доверие! За здоровье русского народа!”.

Здесь, во-первых, интересно то, что говорится о русском народе, как о чем-то внешнем для «советского правительства». Совершенно верно и очень честно отмечено – без сомнения, правительство Кагановичей и Джугашвили, правительство, бросавшее немцам больницы и детдома, но спасавшее от них совершеннолетних и здоровых евреев со всем скарбом, правительство, грозившее и каравшее смертью за проявление русскими враждебных еврею чувств, русскому народу не близко.

Далее, очень любопытно, что Сталин вполне серьезно рассуждает о стоявшем перед русским народом ВЫБОРЕ – воевать за «правительство», или низложить его, выдвинув на его место другое, способное «заключить мир с Германией» и дать русским «покой». А Сталину, наверное, лучше были видны обстоятельства того времени. Однако почему он не упоминает ничего про пресловутую «животную ненависть гитлеровцев к славянским недочеловекам», про желание немцев истребить русских и славян вообще, или, по крайней мере, превратить их в рабов? Ведь, по этой логике, никакого выбора, собственно, у русских и не было – не назовешь же выбором ситуацию между жизнью, пусть и в рабстве у инородцев, и истреблением?! Тут бы не представителю советской власти русский народ благодарить, тут русский народ должен бы советскую власть благодарить, что спасла от страшных «фашистов».

Очевидно, только потому, что ничего не знает про подобные настроения и планы, о которых нам взволнованно вещали советские учительницы. Как не знали их, скажем, жители Украины. Потому что в описанном эпизоде с убийством евреем офицера-украинца Хрущев пришел на похороны убитого и приказал арестовать убийцу не потому, что проникся внезапно славянским национальным чувством. Рассказывающий эту историю Абрамович упоминает о волнении в городе, волнении опасном, и цитирует слова Хрущева об опасности бунта и нежелании, «чтобы украинский народ толковал возвращение советской власти, как возвращение евреев». По всей видимости, настроения были именно таковы, и в истории с убийством фронтовика среди мстившей за него толпы «раздавались антисоветские выкрики». Люди, видевшие немецкую оккупацию не в фильмах студии детских и юношеских кинофильмов имени Горького, а в жизни, были до того разъярены возвращением прежних хозяев, что дело запахло бунтом – бунтом, на который киевлян не побудила немецкая оккупация.

Напомню также, что на небольшой территории Брянщины такое правительство, которое свергло коммунистов, заключило мир с Германией и обеспечило своим подданным «покой», реально существовало. Я говорю, разумеется, про «Локотскую республику» Каминского и Воскобойникова. Ее принято считать «марионеточной» и «оккупационной» – вот только как быть со случаями, когда правительство республики арестовывало и приговаривало к смертной казни за преступления против граждан… немецких военнослужащих?!

В советской Москве, напомню, расстреливали не за суд над евреями, а за попытку помешать тем встать над – советскими же! – законами. А в Локотской республике безнаказанно казнили немцев. При этом считается, что Москва была свободной, а Брянщина – оккупированной.

На территории Третьего рейха была земля, где русские были себе хозяевами, где существовала русская партия «Витязь». А на территории «свободного» Советского союза такой земли и такой партии не было. Это просто факт, который не перешибешь никакими, сколь угодно пафосными зачитываниями зловещих «нацистских планов», кои не замедлили «обнаружиться» после войны. Кстати, вот что на самом деле представлял пресловутый "план Ост".

То есть пивом с сосисками никого угощать не собирались – но и о геноциде речь не шла даже в перспективе.

Тема взаимоотношений Третьего рейха и славянства – очень интересная тема, и не может быть раскрыта в нескольких строках. Безусловно, негативное отношение к славянам в рейхе имело место – как существовало в России негативное отношение к Германии и немцам, как существовало и существует негативное отношение у некоторых русских к ближайшим родственникам славян, латышам, и даже к вполне славянским народам поляков и украинцев. Вот только ни к национал-социализму, ни к расовой теории, ни к личности Гитлера никакого особого отношения эта неприязнь не имела. Среди национал-социалистических бонз хватало и тех, кто с уважением относился к славянам и Руси – даже знаменитый своей русофобией Розенберг включил в список проявлений арийского, нордического духа наряду с ганзейскими городами Бременом и Любеком и наш Новгород. Так же обстояло дело и с расологами – в то время, как Гюнтер отзывался о расовых качествах русских весьма скептически (подчеркивая, впрочем, что не может быть никакой «славянской расы» и различия между германцами и славянами носят более языковой, чем расовый характер), то Карл Штрац, скажем, откровенно восторгался русской породой. Среди официальных мыслителей Рейха числился Ницше, бравировавший славянской кровью и заявлявший, «что немцы вошли в ряд одаренных наций лишь благодаря сильной примеси славянской крови… Мы нуждаемся в безусловном сближении с Россией, и в новой общей программе, которая не допустит в России господства английских трафаретов. Никакого американского будущего! Сращение немецкой и славянской расы». Любопытно, что вот дословно о том же, о слиянии русских и немцев, грезил русский философ-язычник Василий Васильевич Розанов. Столь же почитаемы в рейхе были Стюарт Хьюстон Чемберлен, безусловно признававший за славянами нордическое происхождение и пользовавшийся термином «кельто-славяно-германцы» для обозначения нордических племен, Шпенглер, видевший в России страну будущего, и Гаусгофер, желавший союза немцев с русскими.

Что же до личности Гитлера, то тут пресловутая любовь его к творчеству Достоевского и таланту Ольги Чеховой, любимой актрисы фюрера, еще, конечно, не о чем не говорит – мне, скажем, доводилось встречать НС, любящих книги евреев-НКВДшников Ильфа и Петрова, и евреев Стругацких. Но, когда я писал о балтийских славянах и задал в программу поиска словосочетание «сербы-лужичане», я, к своему немалому изумлению, обнаружил немало ссылок на изумительный факт – именно из этого славянского народа состоял отряд… ЛИЧНЫХ ТЕЛОХРАНИТЕЛЕЙ ФЮРЕРА. «Славянофобия» Гитлера, похоже, проходит по той же истории болезни, что и «юдофобия» окруженного врачами-евреями Сталина. Человек не может доверить свою жизнь и здоровье представителям нации, которую ненавидит – это очевидно. Любые сочинения мемуаристов – на каждое из которых найдется противоречащее ему в других мемуарах – разбиваются о ФАКТ. Между прочим, лужичан-сербов в рейхе на время второй мировой было пятьсот тысяч, и они с момента прихода нацистов власти были полностью в их руках. То есть абсолютно ничто не мешало наци включить пресловутую «машину уничтожения» и еще до войны ликвидировать «ненавистных славян», благо, если верить страшилкам Нюрнбергских сказочников, один только Освенцим справился бы с этой работой менее чем за три месяца.

Еще несколько фактов – на территории независимой Словакии, которая была со всех сторон окружена землями рейха и его союзников, не было даже немецких войск. Никто не трогал славянскую Болгарию, которая, в отличие от Польши и Чехии, не зарилась на немецкие земли, и в отличие от России, не управлялась евреями-коммунистами. Болгария поддерживала нейтралитет, и это защитило ее от Гитлера – но не от коммунистов. В компании с Локотовской Русью все эти факты не оставляют камня на камне от картины ада на земле, в который-де превратился бы для славянских народов победивший Третий рейх.

Хотелось бы спросить у сторонников мифа о ненависти нацистского режима к славянам и стремления их истребить, где хоть одно проявление НАГЛЯДНОЙ пропаганды вражды к нашему народу? Где плакаты, карикатуры, изображающие русских – именно русских, а не большевиков – и славян в мерзком виде? Стоит открыть любой иллюстрированный труд по истории Третьего рейха – и мы можем любоваться на многочисленные карикатуры, плакаты, афиши, изображающих мерзких и ужасных Jude. Если отношение к славянам хотя бы стояло рядом с отношением к евреям, мы должны видеть хотя бы вдвое меньшее количество подобного творчества в честь славян. Где же оно? Его нет! Нам предлагают какие-то мемуары, междусобойчики, «застольные разговоры», а такой важный ресурс, как пропаганда рейха, молчит! Из издания в издание кочует одна-единственная книжка «Унтерменш», которую нам предлагают считать посвященной славянам. Однако на вышеупомянутых карикатурах и плакатах везде ясно написано «Юде», а на брошюрке – просто «Унтерменш», «недочеловек», без прилагательных «славянский» или русский». Что за экивоки и недоговоренности в отношении врага в воюющей (брошюрка издана в 1943) стране?! Как-то не по-немецки.

Вот у меня в руках брошюрка Фридриха Мау «Зачем нужна политика защиты расы?», выпущенная в нацистском Берлине в 1938 году, за год до договора Молотова-Риббентропа, когда нацисты, с одной стороны, стояли у власти, а с другой – еще не имели причин димпломатничать с Россией. Опять-таки, «приз симпатий» за евреями, дальше следуют цыгане, достается даже совершенно экзотическим неграм… но про славян отчего-то ни слова! Кто-то полагает, что сербы, поляки и чехи в рейхе встречались реже негров? Зловещее словечко «Унтерменш» упоминается в ней дважды (стр 19-20), но каждый раз относится к… этническим немцам! «Унтерменш», на языке рейхспропаганды – это не «представитель низшей расы», не славянин, как врут нам онтефозные пропогондоны, а просто выродок, дегенерат!

Впрочем, брошюрка «Унтерменш» не представляет на самом деле вообще никакого интереса. Ибо, как оказывается, «этот оскорбительный и глупый памфлет… был запрещен для продажи начиная с 1943… и почти весь тираж немедленно был уничтожен (осталось лишь несколько архивных экземпляров)». Причем сообщает об этом ЕВРАЗИЙСКИЙ журнал «Элементы» (№ 4, стр. 47). И остается вообще неясным, где же хоть один плакат или карикатура против «низшей славянской расы»?

[ … ]

Можно не обращать внимания на слова ветерана СС и названного сына Гитлера, бельгийца Леона Дегреля – «я сражался не с русскими, я сражался с коммунизмом» – мол, после войны много чего можно наговорить. Однако не вырубишь топором сказанное Гитлером в речи перед уходящими на Восточный фронт солдатами в тот самый июнь 1941 – «мы не испытывали и НЕ ИСПЫТЫВАЕМ вражды к народам России». Вместо призыва раздавить «славянских скотов» – объявление войны «иудобольшевизму» – а как прикажете называть режим, при котором евреев эвакуируют в первую очередь, а за «проявление антисемитских чувств» грозит смерть?

Про дивизии СС, в войсках коего русские по численности уступали лишь немцам, наверно, не стоит и говорить. Как не стоит напоминать грамотному человеку, что белорусские деревни, включая пресловутую Хатынь, жгли вполне славянские хлопцы из украинской полиции. И «вражды к славянам» тут было столько же, как в действиях Жукова, «катюшами» выжигавшего прикарпатские хутора. Ну нет другого способа расправиться с партизанским движением! Стоит добавить еще две югославские дивизии – и рассуждения о стремлении нацистов «уничтожить русских, украинцев и югославов» займут подобающее им место в истории болезни или сборнике анекдотов.

Так что вовсе не факт, что между двумя оккупантами наши деды выбрали лучших, и будущее русских государств в составе Третьего рейха было бы так уж беспросветно. (Вопрос о том, может ли быть поводом для праздника выбор раба между двумя господами, покоренного – между двумя оккупантами, пока оставим в стороне). Вообще, товарищи оппоненты здесь совершенно расходятся с логикой. В их изнасилованных совпропагандой мозгах прочно поселился образ рейха, который, не будь «великой победы» и впрямь бы стал вечным, нациста, как этакого живого злобного Сверхчеловека. Человек умудряется на полном серьезе провозгласить славян «самой пассионарной и жизнеспособной» ветвью Белой Расы, и буквально в том же абзаце трагически сообщить, что злые немцы (непассионарные и нежизнеспособные) могли истребить этих самых пассионариев (очевидно, одной рукой, потому что вторая прочно увязла в Европе). Русские могли, вещает несчастная жертва Агитпропа и Левитана, лишиться своей государственности, языка и культуры – НАВСЕГДА! Вот уж где вера во всемогущество Германского Сверхчеловека, вечность и бессмертие Рейха и беспомощность славян! И кто-то еще НАС считает «германофилами» и «славянофобами»!

Между прочим, тут есть аспект, который вовсе упускают из вида как ненавистники рейха, так и его сторонники. Чтоб Третий рейх мог чего-то там «навсегда» сделать, он, как минимум, должен и сам остаться «навсегда». Между тем Третий рейх имеет все признаки, если так можно выразиться, Империи Личности. Ее типичные примеры – империи Александра Македонского, Аттилы, Святослава, Наполеона Бонапарта. При всех различиях этих людей и построенных ими государств, их объединяет одно – слишком многое в них было завязано на личность Вождя. Так и тут – Гитлер был едва ли не единой скрепляющей скобой между жизнелюбом и прагматиком Герингом (и вермахтом) и аскетом и фанатиком Гиммлером (и, соответственно, СС), между массами трудового народа Германии и германской крупной буржуазией… а еще наличествовала такая весьма значительная сила, как германский генералитет, уходящий корнями в прусское юнкерство и так в большинстве и не принявший ни «плебейского» национал-социализма, ни «выскочку» Гитлера, и повиновавшийся ему лишь с оглядкой на преданность Вождю солдатских масс. Именно из их среды вышел целый ряд заговорщиков, покушавшихся на жизнь Гитлера. Один УДАЧНЫЙ заговор – и рейху резко стало бы не до славян…

Но здесь мы все рассказываем о варианте, при котором славянские территории вписываются в Третий рейх. Назовем это вариантом Гитлера. Был еще «вариант тоста Сталина» – то есть национальное восстание в начале войны, свержение большевиков и мир с Германией. Сами большевики, кстати, именно так когда-то и поступили – за исключением слова «национальное», конечно. Был вариант Бандеры – который, как только выяснил, что рейх вовсе не собирается преподнести ему на блюдечке незалежную Украину, а имеет на ее территории свои виды, немедленно развернул широкомасштабное партизанское движение, воевавшее и против немцев, и против Советов. Война на два фронта – совсем не такой уж безнадежный вариант в этих условиях. Потому как в условиях МАССОВОГО антибольшевистского выступления русских коммунисты попросту вышли бы из игры. Кем бы они, спрашивается, разминировали немецкие минные поля? На ком бы демонстрировал свою блестящую воинскую доктрину «мамки новых нарожают» Г.К. Жуков? Наконец был вариант отказа от войны, когда армия дошла до границ Союза – момент, с которого война даже условно не может называться «отечественной», а превращается в обыкновенную полицейскую операцию ЗОГ по подавлению национальной революции белой Европы.

Варианты были. Как видите, далеко не все они выглядели, как «хенде хох!». Но наши деды выбрали именно 9 мая. Победу Мехлисов и Кагановичей кровью 20 миллионов русских людей. Более того, все, что их на это подвигло, все те блага, которые по словам совпропаганды, у них хотел отнять Гитлер, за истекшие полвека у них отняли собственные, советские начальники. Нет у нас ни единого советского государства с его бесплатной медициной и бесплатным образованием, ни равенства богатых и бедных, инородцы, зачастую – иноземцы, скупают наши природные богатства, нашу землю, наши фабрики и заводы. Нет коммунизма. Про положение русских в России позвольте не упоминать. Ничего из того, ЗА ЧТО воевали в ту войну наши деды, не осталось – а праздник только шумней и официозней. Потому что на самом деле это победа не русских над немцами, даже не советских над Третьим рейхом. Это победа «третьего радующегося» над русскими, кровью которых было не просто залито восстание против хозяев и создателей Нового Мирового порядка, но и заклята любая попытка подобного восстания – в особенности со стороны самих русских. Ведь это же тот самый «фашизм», победу над которым празднуют каждый год, память «жертв» коего чтят минутой молчания. Победа Моген-Шломо и Мавзолея не только и не столько над тевтонским «хакенкрейц», сколько над русской яргой-коловратом. Победа Израиля – который, в отличие от «Советской Родины», жив, благоденствует и все еще получает контрибуции с побежденных немцев – над Локотовской Русью. И именно она празднуется 9 мая.

Нет спору, если кому-то нравится, что двадцать миллионов русских умерли за укрепление власти евреев и азиатов над Русью, что русские в большинстве теперь шарахаются от своего символа и от идеи национального государства, что в Российском парламенте нет русских национальных партий, тот, конечно, может праздновать 9 мая. Кому нравится, что у евреев есть национальное государство, а у русских – нет, кому всласть читать о том, как удалые НКВДшники стреляли в затылок посмевшим встать на дороге «Хозяев» русским рабам – для того 9 мая, безусловно, святой день.

Но вот для русского националиста в том факте, что морями русской крови куплено рабство русских, не может быть ничего радостного. А если русский националист задумается о будущем, то поймет, что пока у нас жив миф о «Великой Победе» Интернационала над «фашизмом», моген-шломо и мавзолея над Яргой, то есть пока 9 мая осознается, как день «Великой Победы», русский национал-социализм останется маргинальным движением, от которого будут шарахаться сами же русские. И значит, с мифом этим надо кончать. Совершенно безотносительно к идее Великой Белой Расы, или отношению к Рейху вообще и Адольфу Алоизовичу в частности, а именно исходя из будущего русского национализма, и, соответственно, русской нации. Как говорится, «это нужно не мертвым, это нужно живым».

Это потом, когда последствия 9 мая, дай-то Боги, минутся, когда кавказская и еврейская мафия перестанут быть «руководящей и направляющей силой нашего общества», а российском парламенте возникнет сильная русская национальная партия, вот тогда бойцы и партизаны (как советские, так и антисоветские) 1941-1945 займут вновь место в нашей памяти. Не «победители фашизма», не «борцы с коричневой чумой», а русские воины. Но только тогда, не раньше.

Пока же… пока предлагаю вспомнить мудрость новгородских былинников. Сколько там не было схваток с ляхами, немцами, варягами и норманнами, Литвой и шведами – былины забыли их. В большинстве своем это были победы свободных людей над свободными, а не кровопролитие отстаивающих свой ошейник рабов. Но даже при этом войны с РОДИЧАМИ ПО РАСЕ былинный эпос Руси предал забвению.

То есть, конечно, кому-то дороже Марк Бернес и Иосиф Кобзон («Этааат день пааабедыыыы!!!»)… но тут, право же надо что-то выбирать. Или ты русский, или советский. Или коловрат-ярга, или осененная моген-шломо чекистская блямба. Или былины, или Кобзон и Бернес. Или Святослав и Дмитрий Донской, воевавшие за свободу белых людей от азиатско-еврейского ига, или полководцы Совдепа, клавшие миллионы русских во имя упрочения этого ига. Или освободиться от морока 9 мая, дня победы евреев над русскими, или продолжать мутить себе и другим заклинаниями в стиле «низабудимнипрастим» на радость все тем же хозяевам.

Лев Прозоров

* * * * * * * * * * * * * *

"Я могу расходиться во мнении с историками,
но с историей стараюсь не расходиться"
Лев Прозоров

Комментариев нет:

Отправить комментарий